Поиск по сайту

Наша кнопка

Счетчик посещений

38092735
Сегодня
Вчера
На этой неделе
На прошлой неделе
В этом месяце
В прошлом месяце
6904
10088
54256
35946058
41630
345505

Сегодня: Дек 04, 2020




Уважаемые друзья!
На Change.org создана петиция президенту РФ В.В. Путину
об открытии архивной информации о гибели С. Есенина

Призываем всех принять участие в этой акции и поставить свою подпись
ПЕТИЦИЯ

ИВАНОВА Г.П. «Перед ликом Спасителя…»

PostDateIcon 27.10.2020 19:37  |  Печать
Рейтинг:   / 1
ПлохоОтлично 
Просмотров: 214

«Перед ликом Спасителя…»

К 30-летию Возрождения Казанской церкви в Константинове.
27 сентября 1990 года — освящение, 30 сентября — первая в возрождённом храме служба по Есенину

Есенинское Константиново. 70–80-е годы. Всё сметающая на своём пути — и экскурсоводов, и экспозиции — посещаемость музея. Сейчас это уже такая давняя история, что трудно представить 400 тысяч туристов в год. Музеи обычно ограничивают свою посещаемость, но это — музей Сергея Есенина. Скрипят ступеньки домика родителей Есенина, здесь информация может быть минимальной, а вот в барском доме, где размещена литературная экспозиция, экскурсионные группы по 30, 40, 50 человек, а то и (трудно представить, но было) по 70, входят через каждые 10–15 минут, и всё равно нет возможности обслужить всех желающих по полной программе. Нашли такой выход: каждое лето в здании церкви открывается выставка из фондов музея и передвижная выставка «Жизнь и творчество Сергея Есенина», по которой посетители получают ту же информацию, что и в литературном музее.

Выставка в Казанской — всегда моя боль. Это и несоответствие предназначения здания и его использования, и условия хранения музейных предметов в экспозиции: в церкви нет отопления, весной и осенью и даже летом — холод, сырость, не способствующая сохранности экспонатов, и такая освещенность, что чернила на рукописях и ткани выгорают даже не на солнце, а просто от дневного света. Да и у посетителей эти выставки восторга не вызывают, какие бы подлинные материалы мы ни выставляли. Уже в кассе после ответа на вопрос: «А церковь действующая?» у туристов гаснут глаза. В конце 80-х былой посещаемости уже нет, с 1985 года в церкви работает постоянная выставка «История создания и перспективы развития Государственного музея-заповедника С.А. Есенина». Экспозиция оформлена в помещении трапезной, а в четверике ещё сохранились удивительные росписи, но музею не до реставрации, вот забор возвести, как китайскую стену, чтобы видно было, какую большую работу совершили, — это другое дело. А в алтарь ещё и цемент сгрузили — «больше некуда было».

Ещё не зная, что для передачи церкви верующим достаточно всего двадцати подписей, 15 декабря 1989 года написала письма в Совет по делам религии при Совете Министров СССР, в облисполком, в райисполком; подошла к киномеханику сельского дома культуры: «Виктор Алексеевич, у меня к тебе государственное дело. Хочу, чтобы церковь нашу передали верующим. Помоги собрать подписи в близлежащих деревнях». Прихожу в административное здание музея: «Вот письмо с просьбой о передаче церкви Епархии. Подпишите». Воронцов говорит: «Подписать всегда успеть можно», — и уходит в другую комнату. Вавилова посмеивается: «Галина Петровна молиться захотела». Владимир Исаевич засуетился: «Да, короче говоря, подписаться никогда не поздно. Я, Галина Петровна, должен сообщить. Короче говоря, я сейчас в облисполком», — и умчался в Рязань. Ставят свои подписи главный хранитель Лидия Алексеевна Архипова и секретарь музея Зинаида Дмитриевна Архипова, потом подписались и другие сотрудники музея. Подписей собрали без счета, но этого оказалось недостаточно. Недостаточно оказалось и того, что свои подписи поставили и родственники Есенина (его племянницы Наталья Васильевна, Светлана Петровна и Татьяна Петровна). Кассир музея Клавдия Дмитриевна Титова доброжелательно мне говорит: «Галина Петровна, от церкви нам всегда доход летом, ты сама делаешь эти выставки, а теперь хочешь отдать, и в музее работаешь. Получается, ты враг музея?». Когда хлопоты по передаче церкви были завершены, в ответ и на этот вопрос я писала в своей работе «Здесь всё так же, как было тогда», что осуществилась лучшая экспозиция заповедника, потому что живая, действующая.

7 февраля 1990 года Совет по делам религии при СМ СССР ответным письмом отослал меня за разъяснениями к уполномоченному Совета по делам религии по Рязанской области Борисову Е.И., и после очередного витка запросов 15 июня 1990 года пришла бумага от зам. председателя Рыбновского исполкома Давыдова В.М.: «В настоящее время можно только зарегистрировать религиозную общину, передать же здание Казанской церкви можно будет только после завершения ремонта здания литературного музея и дома родителей поэта С. Есенина, так как на период ремонта здание Казанской церкви будет использовано для проведения в нём выставки на есенинскую тематику». «Период ремонта» — это настолько неопределенное время, что даже к 100-летию Есенина на проведение реставрационных работ в полной мере надеяться было невозможно. Директор музея В.И. Астахов мне объяснял: «Ты не понимаешь, церкви отдавать сейчас можно, но эта церковь стоит на нашей земле». Я действительно не понимала. Опять стала писать, обратилась за поддержкой к родственникам Есенина, к писателям, в есенинский комитет, у Прокушева безуспешно искала помощи. Надеялись родственники, предложили своё содействие писатели, но всё остановилось на мёртвой музейной точке. Виктор Алексеевич Чувилин рвался в бой: «Ельцину надо писать». Я останавливала, говорила, что всё равно передадут. Но тут, как говорится, Бог послал в Константиново церковного служителя из Троице-Сергиевой Лавры, который в разговоре с Виктором Алексеевичем обещал помочь, сказал, что бывает у Ельцина на приёме. И всё вроде бы с ног на голову, а вообще-то на ноги встало: уже не я просила и требовала, а священники сами приехали в Константиново и по полной программе проконсультировали меня, как в самое короткое время оформить документы на передачу храма.

24 сентября приехал из Богословского монастыря отец Иосиф (Братищев), написал форму протокола и явочного листа двадцатки, сказал, что после проведения собрания сразу же в этот день едем в Совет по делам религии с документами. Я говорю: «А кто же старостой будет?». Отец Иосиф (не знаю, может, пошутил): «А Вы?..». Молчу, в панике думаю: в церковных делах совсем не разбираюсь, но придётся, наверное, пока не найдётся подходящая кандидатура. В этом сумасшедшем состоянии встречаю на константиновской площади Валеру Голосова, который был актером Рязанского ТЮЗа, потом фотографом моего экспозиционного отдела нашего музея, а теперь работал в Рязани в фотообъединении «Радуга» и в Константинове фотографировал туристов. И вдруг он говорит: «Галина Петровна, если нужна какая помощь в церкви, я всё брошу. Вы можете на меня рассчитывать». — «Валера, а может, ты старостой будешь?». — «Буду».

Был ещё один бой, который пришлось выдержать. Договорившись с администрацией музея об освобождении храма от экспозиционных и складских материалов, приходим с отцом Иосифом и не можем найти даже ключ от четверика: директор посылает к заму по науке, зам. по науке — к заму по АХЧ, зам. по АХЧ —- опять к директору, наконец, секретарь музея говорит, что ключ у зав. складом. Ключ появляется, и мы видим, что разгрузкой никто не занимался. Я говорю заму по науке Воронцову: «Константин Петрович, ведь обещали всё убрать», — и слышу в ответ: «Странная ты, Галина Петровна». На воскреснике выносим хлам из храма я, отец Иосиф, ещё один насельник Богословского монастыря, зам. по АХЧ Александр Васильевич Ковалевич, Чувилин. Подходят люди: всего ничего, раз-два и обчёлся, но — люди. Пришел Валера Голосов, он фотографировал у домика Есенина. Ещё два туриста к нам на помощь пришли. А потом Валера принёс фотоаппарат и говорит: «Давайте я вас всех сфотографирую». Сделал общую фотографию, а тут Тася Архипова подошла спросить, у кого теперь ключ будет, — Валера и этот момент запечатлел. А вот в храме во время службы его уже в чёрной рясе служителя церкви с большим трудом удалось уговорить-упросить сделать фотографии.

Kazanskaja
Фотография Валерия Голосова: на воскреснике по освобождению алтаря, храма от хлама Отец Иосиф (Братищев), жители села Константинова, Виктор Алексеевич Чувилин и Галина Иванова.

25 сентября провожу собрание верующих. Собрать людей невозможно: погода препротивная — грязь, слякоть, холод, обещают морозы, все убирают свёклу в колхозе и у себя на огородах. Валера и Чувилин в сапогах бегают по дальним домам в Константинове, говорят, что если не наберётся 20 человек, то церковь не отдадут. С трудом собрали всего 19 человек. А ведь сегодня же надо везти документы в Рязань. Тогда в число двадцатки вписываю себя, начинаю собрание. Подходит Александра Григорьевна Гусева, Валера вписывает её 21-й, а фактически получается 20 верующих местных. Потом, когда уже дела были приняты, Валера Голосов не спеша оформлял эти документы в Совете по делам религии в Рязани (может быть, я что и не так оформила, но все подписи были подлинные, и все именно эти люди были на собрании). Принимая документы, Борисов сказал мне: «Ладно уж, я не буду проверять, но, если бы не Вы, церковь верующим не передали бы». Я была такая замученная, что сразу и не поняла, что он меня заподозрил в подделке документов (одних подписей под заявлением о передаче церкви было на пяти листах с обеих сторон), — да Бог с ним, если бы и поняла, не набросилась бы на него за это, я была рада, что до конца довела такую махину, которая так медленно и трудно продвигалась к завершению. Теперь спихнула всё на Валеру Голосова, и уже только иногда была нужна моя помощь.

27 сентября 1990 года, в день Воздвижения Креста Господня, освящал церковь отец Иосиф. День передачи церкви верующим, 30 сентября 1990 года, и юбилейный праздник 95-летия Сергея Есенина совпали с престольным праздником Константинова и Кузьминского — Веры, Надежды, Любови и их матери Софьи. Первую литургию по Есенину служил отец Иоанн. Бабушки рады, меня обнимают, целуют, говорят, что и не думали, что доживут до такого дня. Лица просветлённые, а во время службы на фото запечатлелось всё то горе, в котором жить пришлось.

Из Богословского монастыря для постоянной службы прислали насельника, отца Пимена. Он очень всем полюбился. А мне особенно — тем, что оказался внешне похож на отца Ивана (константиновского священника Ивана  Яковлевича Смирнова, венчавшего родителей Есенина, крестившего Есенина, преподававшего Закон Божий  в школе и вписавшего Есенина в «поминальную книжицу», несмотря на то, что говорил своему родственнику, другу Есенина Николаю Сардановскому, что знал, «какой смертью он умер — нехорошее это дело, прости ему, Господи». И эта панихида, и поминание отца Ивана уже по инерции перешли в литургии по Есенину в дни его рождения и в дни памяти. А Валера Голосов после появления в печати версии убийства поэта правил службу «по убиенному», вроде бы не нарушая канонов). Валера Голосов выучился на курсах на священника и получил благословение от самого Алексия, приезжавшего в Рязань в день празднования Василия Рязанского.

Валера Голосов и Виктор Алексеевич Чувилин вдохновенно выполняли любую работу, какой бы тяжёлой она ни была, изо всех сил стараясь вдохнуть жизнь в этот разрушенный и осквернённый храм. Это они не просто зажгли свечу в храме, а сделали его живым. Всю душу вкладывали в свою работу и в отношения к прихожанам Люся и Зоя Александровна Чувилины, Тамара Павловна Сафронова.

Однажды мне говорят: «Галина Петровна, Исаич был в церкви, молился, крест целовал… Осознал, наверное».

В юбилейный день встречаюсь на дорожке к церкви с Татьяной Петровной Флор, племянницей Сергея Есенина. Она спешит с группой есениноведов, журналистов в дом Кашиной, в фонды, где главный хранитель пообещала показать редкие материалы, а потом пишет мне совершенно неожиданное письмо: «Дорогая Галина Петровна! Спасибо огромное за Казанскую. Знаю, чего Вам это стоило. В круговерти тех дней не поблагодарила Вас при встрече на дорожке, а теперь корю себя, потому и спешу принести Вам свои извинения. Поздравляю Вас с интересной публикацией (в «Приокской газете» и в «Приокской нови» была опубликована заметка «Здесь всё так же, как было тогда», в которой я пишу, что «осуществляется лучшая из экспозиций заповедника — действующая Казанская церковь» — Г.И.). Так держать! Во всех Ваших делах праведных. Всего, всего Вам доброго. С уважением, Т. Флор. 09.10.90 г.». Это уже в октябре, а в марте она писала: «Надеюсь, с церковью всё образуется?».

1990
Галина Иванова

Добавить комментарий

Комментарии проходят предварительную модерацию и появляются на сайте не моментально, а некоторое время спустя. Поэтому не отправляйте, пожалуйста, комментарии несколько раз подряд.
Комментарии, не имеющие прямого отношения к теме статьи, содержащие оскорбительные слова, ненормативную лексику или малейший намек на разжигание социальной, религиозной или национальной розни, а также просто бессмысленные, ПУБЛИКОВАТЬСЯ НЕ БУДУТ.


Защитный код
Обновить

Новые материалы

Яндекс цитирования
Rambler's Top100 Яндекс.Метрика